Личности преступника и потерпевшего как структурные элементы криминалистической характеристики кибербуллинга (травли с использованием информационно-телекоммуникационных сетей)

JOURNAL: « SCIENTIFIC NOTES OF V.I. VERNADSKY CRIMEAN FEDERAL UNIVERSITY. JURIDICAL SCIENCE»,

SECTION:

Publication text (PDF)

Чич Ю. А.

Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Юридические науки. – 2023. – Т. 9 (75). № 3. – С. 525–529.

УДК 343.98

ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА И ПОТЕРПЕВШЕГО КАК СТРУКТУРНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ХАРАКТЕРИСТИКИ КИБЕРБУЛЛИНГА (ТРАВЛИ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ИНФОРМАЦИОННО-ТЕЛЕКОММУНИКАЦИОННЫХ СЕТЕЙ)

Чич Ю. А.

Кубанский государственный университет

  • работе рассмотрены некоторые особенности личностей преступника и потерпевшего как струк-турные элементы криминалистической характеристики кибербуллинга. Автором отмечается, что именно названные личности являются обязательными компонентами криминалистической характери-стики травли с использованием информационно-телекоммуникационных сетей. По результату прове-денного исследования делается вывод, что в общем виде потерпевшим от кибербуллинга выступает несовершеннолетнее лицо, которое является активным пользователям социальных сетей, имеющий слаборазвитые психические способности. Кроме этого, у подобных потерпевших отсутствует роди-тельский контроль, что позволяет им активно использовать социальные сети. Также отмечается, что в общем представлении преступником кибербуллинга зачастую является мужчина в возрасте от 18 до 35 лет, обладающий определенным уровнем знаний в области информационных технологий, имеющий насильственную либо сексуальную мотивацию.

Ключевые слова: преступник, потерпевший, криминалистическая характеристика, кибербуллинг, онлайн-травля, кибертравля, интернет-травля, травля с использованием информационно-телекоммуникационных сетей.

На сегодняшний день кибербуллинг, выраженный в травли с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, является серьезной проблемой об-щества и государств ввиду стремительного развития информационного простран-ства, а также появлением подобной преступности. Основная проблема рассматрива-емого феномена заключается в том, что его последствия могут быть крайне серьез-ными для жертвы, включая психические проблемы, депрессию, суицидальные мыс-ли и неблагоприятные действия.

  • рамках действующего законодательства отсутствует прямая уголовная ответ-ственность за интернет-травлю. Однако стоит обратить внимание, что ряд статьей УК РФ так или иначе связан с ответственность за подобные деяния (например: 129, 298 УК РФ (клевета), ст.130 УК РФ (оскорбления), ст. 161-162 УК РФ (угроза физи-ческим насилием) и ст.110 УК РФ (доведение до самоубийства) и тд.).

Следует заметить, что в современном отечественном законодательстве понятий-ный аппарат рассматриваемого явления ещё не сформирован, поскольку отсутствует законодательно регламентированное определение кибербуллинга [13, с. 160]. Одна-ко имеется попытка выработки дефиниции названного термина исполнительными органами власти [7].

Несомненно, кибербуллинг относится к разновидности преступного деяния, что несомненно является детерминантом разработки устойчивых криминалистических учений, в том числе в выработке учений, связанных с элементами криминалистиче-ской характеристики.

525

Личности преступника и потерпевшего как структурные…

Для раскрытия темы исследования, следует отметить, что под травлей с исполь-зованием информационно-телекоммуникационных сетей понимается распростране-ние достоверных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или под-рывающих его репутацию, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» с целью причинения физи-ческих и моральных страданий потерпевшему.

Не углубляясь в проблемы содержания криминалистической характеристики рассматриваемого деяния, так как это отдельный предмет исследования, необходи-мо акцентировать, что она включает в себя личность преступника, механизм пре-ступного деяния, предмет преступления, потерпевшего и способ совершения обще-ственно опасного деяния.

Особое место в криминалистической характеристике интернет-травли занимает потерпевший, что также поддерживается многими исследователями [4; 6; 8; 9]. При совершении онлайн-травли потерпевшими являются те субъекты, которые испыты-вают на себе психологическое давление, им присуще разрушение сложившихся ценностей, создание чувства одиночества, страха, безысходности. Наиболее яркой формой такого воздействия на жертву преступления является психическое рас-стройство.

Как отмечается в специальной литературе большую часть жертв кибербуллинг являются дети и подростки. По данным ВЦИОМ, более 56 % несовершеннолетних пользователей интернета в 2021 году столкнулись с буллингом, по сравнению с 2018 годом рост кибербуллинга составил 24 % [6, с. 77].

Следует обратить внимание, что следственная практика также свидетельствует о том, что зачастую с интернет-травлей сталкиваются несовершеннолетние лица. Например, большой общественный резонанс приобрело дело Филиппа Будейкина [5], который являлся администратором одной из групп, пропагандирующих суици-дальные действия и вовлекающих несовершеннолетних в игру, опасную для жизни

  • здоровья. В другом деле обвиняемый также был куратором группы, направлял участникам задания, шантажировал и способствовал наступлению кризисного пси-хологического состояния потерпевших [11]. Еще одним из резонансных дел стало уголовное дело группы «Синий кит», «кураторы» которой путем психологического давления также преследовали цель доведения до самоубийства потерпевшей [10].

Таким образом, можно сделать вывод, что зачастую личностью потерпевшего от травли с использованием информационно-телекоммуникационных сетей выступают несовершеннолетние лица, которые являются активными пользователями социаль-ных сетей, имеющие слаборазвитые психические способности.

Без сомнений, основным звеном кибербулинга является также и преступник, так как именно им совершается общественно опасное деяния, именно от его действий наступают неблагоприятные последствия, как для жертвы, так и для окружающих и всего общества и государства в целом.

На сегодняшний день среди криминологов и криминалистов отсутствует одно-значный подход к определению личности преступника [12, с. 35]. Одни исследова-тели считают, что данное понятие относится не ко всем лицам, совершающим пре-ступления, а лишь к тем, для которых противоправная деятельность является основ-ной, т. е. к профессиональным преступникам [3, с. 101].

Чич Ю. А.

Не углубляясь в полемику определения личности преступника следует указать, что именно его общие характеристики предоставляют возможность разработать ти-повой алгоритм расследования уголовного дела. Ввиду этого следует отметить, что под личностью преступника понимается некая модель, которая наделена специфи-ческими чертами. Такой личности присущи антиобщественные взгляды, отрица-тельное отношение к нравственным ценностям, выбор общественно опасного пути для удовлетворения своих потребностей или непроявление необходимой активности для предотвращения общественно опасного последствия [1, с. 12].

  • рамках рассматриваемого деяния преступники, использующие социальные се-ти для совершения противоправных деяний, имеют определенный уровень знаний в области информационных технологий, больше внимания уделяют сокрытию следов преступления и сохранению анонимности, отличаются умением легко установить эмоциональный контакт. С учетом этого, можно предположить, что данным пре-ступникам характер возраст от 18 до 35 лет.

Вызывает интерес позиция В.Б. Клишкова, Е.В. Стебеневой и М.А. Яковлевой, которыми разработаны типы личности изучаемого преступного деяния. По их мне-нию в зависимости от вида киберпреступления и личности киберпреступников воз-можно классифицировать на отдельные типы: идеологический тип (распростране-ние сведений экстремистского характера, пр.); корыстный тип (предмет посяга-тельств – как денежные средства, включая виртуальные, использование поддельных документов, так и предметы, характеризующиеся ценностью в киберпространстве (например, предметы игры)); насильственный тип (склонение к суициду, к другому убийству, к причинению вреда посредством как запугивания, так и шантажа, пр.); сексуальный тип (распространение в сети Интернет материалов порнографической направленности, вовлечение в действия развратного сексуального характера и пр.); исследовательский тип (характеризующийся самоутверждением, приобретением особого статуса в сети Интернет посредством реализации кибератак, формирования вредоносных вирусов, и пр.) [2, с. 423].

С учетом изученных уголовных дел, для травли с использованием сети Интернет свойственны насильственный и сексуальный типы личности. Таким образом, для установления личности преступника требуется выявить (установить) его мотиваци-онные и целевые составляющие. Также следует заметить, что подобные лица чаще всего бывают мужского пола.

С учетом проведенного анализа личностей преступника и потерпевшего в рамках травли с использованием информационно-телекоммуникационных сетей можно сделать следующее выводы.

1. Преступник и потерпевший являются обязательными компонентами кримина-листической характеристики кибербуллинга (травли с использованием информаци-онно-телекоммуникационных сетей).

2. В общем виде потерпевшим от кибербуллинга выступает несовершеннолетнее лицо, которое является активным пользователям социальных сетей, имеющий сла-боразвитые психические способности. Кроме этого, у подобных потерпевших от-сутствует родительский контроль, что позволяет им активно использовать социаль-ные сети.

3. Преступником кибербуллинга зачастую является мужчина в возрасте от 18 до 35 лет, обладающий определенным уровнем знаний в области информационных

527

Личности преступника и потерпевшего как структурные…

технологий, имеющий определённую насильственную либо сексуальную мотива-цию.

Список литературы:

  1. Антонян Ю.М., Эминов В.Е. Личность преступника: криминолого-психологическое исследование. М., 2010.
  2. Ахмадуллин И.Р. Киберпреступность: понятие, признаки, особенности // Аллея науки. 2020. Т. 1. № 4 (43).
  3. Блувштейн Ю.Д. Понятие личности преступника // Советское государство и право. 1979. № 8.
  4. Воробьева К.А. Личностные особенности подростков, занимающихразличные позиции в структуре кибербуллинга // Актуальные проблемы психологического знания. 2022. № 3 (60).
  5. Для Лиса игра закончилась: Одному из первых создателей «групп смерти» вынесли приговор. URL: https://rg.ru/2017/07/19/regurfo/odnomu-iz-pervyh-sozdatelej-grupp-smerti-vynesli-prigovor.html
  6. Логвинова И.А., Сафонова К.Р. Кибербуллинг: личность несовершеннолетнего преступника // В сборнике: Молодые учёные России. Сборник статей XV Всероссийской научно-практической конфе-ренции. Пенза, 2022.
  7. Методические рекомендации о размещении на информационных стендах, официальных интернет-сайтах и других информационных ресурсах общеобразовательных организаций и органов, осуществ-ляющих управление в сфере образования, информации о безопасном поведении и использовании сети Интернет: Ппсьмо Минобрнауки от 14.05.2018 № 08-1184 // http://www.consultant.ru/ document/cons_doc_ LAW_298618/.
  8. Мишина М.М., Воробьева К.А. Психологические особенности личности участников кибербуллинга в популярных социальных сетях // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Психологические науки. 2020. № 3.
  9. Пашкевич О.И., Меженов М.Ю. Кибербуллинг – типы травли и их воздействие на личность // В сборнике: Современные тенденции развития системы образования. Сборник материалов Международ-ной научно-практической конференции. 2019.
  10. Приговор Татарского районного суда Новосибирской области от 04 апреля 2018 года // СПС Кон-сультант плюс.
  11. Приговор Урванского федерального районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24 мая 2018 года по делу № 1-66/18 // СПС Консультант плюс.
  12. Сашенков С.А., Стефанский А.Л. Криминологические особенности личности преступника, совер-шающего преступления в социальных сетях // Вестник Краснодарского университета МВД России. 2020. № 4 (50).
  13. Чич Ю.А. Уголовно-правовая характеристика кибербуллинга — травли с использованием информа-ционно-телекоммуникационных сетей // Теория и практика общественного развития. 2023. № 5 (181).

Chich Y. A. Personalities of the offender and the victim as structural elements of the forensic char-acteristics of cyberbullying (bullying using information and telecommunication networks) // Scientific notes of V. I. Vernadsky crimean federal university. Juridical science. – 2023. – Т. 9 (75). № 3. – Р. 525-529.

The paper considers some features of the personalities of the offender and the victim as structural elements of the forensic characteristics of cyberbullying. The author notes that it is these individuals who are the man-datory components of the forensic characteristics of bullying using information and telecommunication net-works. Based on the results of the study, it is concluded that, in general, the victim of cyberbullying is a minor who is an active user of social networks and has underdeveloped mental abilities. In addition, such victims lack parental control, which allows them to actively use social networks. It is also noted that in the general view, the criminal of cyberbullying is often a man aged 18 to 35 years old, who has a certain level of knowledge in the field of information technology, has a certain violent or sexual or motivation.

Keywords: criminal, victim, forensic characterization, cyberbullying, online bullying, cyberbullying, In-ternet bullying, bullying using information and telecommunication networks.

Spisok literatury:

1 Antonyan YU.M., Eminov V.E. Lichnost’ prestupnika: kriminologo-psihologicheskoe issledovanie. M.,

2010.

2 Ahmadullin I.R. Kiberprestupnost’: ponyatie, priznaki, osobennosti // Alleya nauki. 2020. T. 1. № 4 (43).

3 Bluvshtejn YU.D. Ponyatie lichnosti prestupnika // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1979. № 8.

4 Vorob’eva K.A. Lichnostnye osobennosti podrostkov, zanimayushchihrazlichnye pozicii v strukture kiber-bullinga // Aktual’nye problemy psihologicheskogo znaniya. 2022. № 3 (60).

5 Dlya Lisa igra zakonchilas’: Odnomu iz pervyh sozdatelej «grupp smerti» vynesli prigovor. URL:

https://rg.ru/2017/07/19/regurfo/odnomu-iz-pervyh-sozdatelej-grupp-smerti-vynesli-prigovor.html

6 Logvinova I.A., Safonova K.R. Kiberbulling: lichnost’ nesovershennoletnego prestupnika // V sbornike:

Molodye uchyonye Rossii. Sbornik statej XV Vserossijskoj nauchno-prakticheskoj konferencii. Penza, 2022.

Чич Ю. А.

7 Metodicheskie rekomendacii o razmeshchenii na informacionnyh stendah, oficial’nyh internet-sajtah i drugih informacionnyh resursah obshcheobrazovatel’nyh organizacij i organov, osushchestvlyayushchih upravlenie v sfere obrazovaniya, informacii o bezopasnom povedenii i ispol’zovanii seti Internet: Pps’mo Minobrnauki ot 14.05.2018 № 08-1184 // http://www.consultant.ru/ document/cons_doc_ LAW_298618/.

8 Mishina M.M., Vorob’eva K.A. Psihologicheskie osobennosti lichnosti uchastnikov kiberbullinga v pop-ulyarnyh social’nyh setyah // Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta. Seriya: Psi-hologicheskie nauki. 2020. № 3.

9 Pashkevich O.I., Mezhenov M.YU. Kiberbulling – tipy travli i ih vozdejstvie na lichnost’ // V sbornike: Sov-remennye tendencii razvitiya sistemy obrazovaniya. Sbornik materialov Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii. 2019.

  1. Prigovor Tatarskogo rajonnogo suda Novosibirskoj oblasti ot 04 aprelya 2018 goda // SPS Konsul’tant plyus.
  2. Prigovor Urvanskogo federal’nogo rajonnogo suda Kabardino-Balkarskoj Respubliki ot 24 maya 2018 goda po delu № 1-66/18 // SPS Konsul’tant plyus.
  3. Sashenkov S.A., Stefanskij A.L. Kriminologicheskie osobennosti lichnosti prestupnika, sovershayushche-go prestupleniya v social’nyh setyah // Vestnik Krasnodarskogo universiteta MVD Rossii. 2020. № 4 (50).
  4. CHich YU.A. Ugolovno-pravovaya harakteristika kiberbullinga — travli s ispol’zovaniem informacionno-telekommunikacionnyh setej // Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya. 2023. № 5 (181).

.

529