Актуальные вопросы определения объективных признаков преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ

JOURNAL: « SCIENTIFIC NOTES OF V.I. VERNADSKY CRIMEAN FEDERAL UNIVERSITY. JURIDICAL SCIENCE»,

SECTION:

Publication text (PDF)

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Юридические науки. – 2023. – Т. 9 (75). № 3. – С. 508-524.

УДК 343.2/7:343.23

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ОБЪЕКТИВНЫХ ПРИЗНАКОВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕННОГО СТ. 165 УК РФ

Скворцова О. В., Левченко В. В.

Крымский федеральный университет им. В.И. Вернадского

Статья посвящена вопросам определения объективных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, в контексте исследования проблем применения данной нормы в целом. Исследование осуществлено с учетом краткого исторического анализа становления и развития института уголовной ответственности за причине-ние имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. В работе приведены статистические данные, проанализирована судебная практика, изучены основные позиции толкования положений уголовного за-конодательства в части действующей редакции ст. 165 УК РФ, а также предложены пути реформирования уголов-ного законодательства в сфере регламентации ответственности за причинение имущественного ущерба путем об-мана или злоупотребления доверием.

Ключевые слова: состав преступления, объект преступления, объективная сторона, последствия, реальный ущерб, упущенная выгода, неполучение должного, способ, обман, злоупотребление доверием, причинение имуще-ственного ущерба.

Одним из основополагающих прав человека является право на охрану частной собственности. Данное положение закрепляется в ныне действующей Конституции Российской Федерации, где ст. 35 гласит о том, что право частной собственности охраняется законом. При этом далее указывается на то, что единственным законным основанием лишения человека своего имущества является вынесенное в установ-ленном законе порядке решение суда [1]. Следовательно, иное посягательство на имущество со стороны третьих лиц будет считаться противозаконным, а, соответ-ственно, влекущим за собой применение соответствующей санкции.

Действующее законодательство содержит две статьи, посвященных ответствен-ности за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Так, ст. 7.27.1 Кодекса об административных правонарушениях Россий-ской Федерации (далее – КоАП РФ) предусматривает административную ответ-ственность за причинением имущественного ущерба путем обмана или злоупотреб-ления доверием при отсутствии признаков уголовно-наказуемого деяния [2]. В свою очередь, Уголовный кодекс Российской Федерации (далее – УК РФ) содержит ст. 165, которая предусматривает ответственность за аналогичное деяние, но уже при наличии в качестве последствия причинение крупного ущерба собственнику или иному владельцу имущества [3].

  • отличие от всем известных форм хищения, таких как кража, грабеж, мошенни-чество, которые имеют достаточно длинную историю развития, охватывающую, по меньшей мере, не менее двух тысяч лет, ответственность за причинение имуще-ственного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием считается доста-точно молодым составом преступления, первое упоминание о котором в современ-ном контексте встречается лишь в УК РСФСР 1960 г. Так, ст. 94 УК РСФСР 1960 г. предусматривала ответственность за причинение имущественного ущерба государ-ству или общественной организации путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения [4]. Как видно, особенностью данной статьи яв-ляется указание на специального потерпевшего от совершения данного преступле-ния, а именно, лишь государство и общественные организации.

Скворцова О. В., Левченко В. В.

При этом раннее действующие УК РСФСР 1922 и 1926 года не содержали в себе

  • чистом виде данного состава преступления, но, в свою очередь, зачатки развития его выражались в содержании отдельных норм, которые в настоящее время охваты-ваются действующей ст. 165 УК РФ. Так, ст. 163 УК РСФСР 1926 г. содержала та-кой состав, как кража электрической энергии [5]. Но все же отдельного состава за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотреблениях в данных документах не было.

За такой короткий промежуток времени существования данной нормы проблемы при ее применении возникают достаточно существенные. При том, что какого-либо адекватного решения их законодателем не предлагается. К тому же данный факт подтверждает и отсутствие Постановления Пленума Верховного Суда РФ, которое могло бы частично решить самые проблемные вопросы и привести к единообразию применения органами следствия и судами данной нормы. С учетом изложенного, анализ вопросов определения объективных признаков состава преступления, преду-смотренного ст. 165 УК РФ, в контексте исследования проблем применения данной нормы в целом, определяет актуальность осуществленного ниже исследования.

Проблема применения нормы ст. 165 УК РФ ясно прослеживается при анализе судебной статистики привлеченных по ней лиц к уголовной ответственности. Так, согласно представленной статистике на сайте Судебная статистика РФ за 2019 год по ч. 1 было осуждено 12 человек, по ч. 2 – 90. За 2020 г. статистика не сильно из-менилась и в итоге по ч. 1 было осуждено 18 чел., а по ч. 2 – 60. Аналогичная ситуа-ция и в 2021 г. Так, по ч. 1 было осуждено 22 человека, а по ч. 2 – 85 [6]. При этом, как показывает практика, по ч. 1 почти всегда назначается наказание в виде штрафа, а по ч. 2 – в виде лишения свободы условно или с отбыванием наказания.

На первый взгляд, может показаться, что причиной такого небольшого числа осужденных по данной статье на всей территории РФ является низкий уровень пре-ступности, выраженный в совершении причинения имущественного вреда путем обмана или злоупотребления доверием, а также высокий уровень латентности. И, если со вторым можно согласиться, то с первым не совсем.

При написании своей диссертационной работы Ботвиным И. В. было проведено интересное исследование, а именно, опрос ученых, а также сотрудников правоохра-нительных органов и суда на тему трудностей применения нормы, предусмотренной

  • ст. 165 УК РФ. Так, было опрошено 50 ученных, из которых 38% заявили о слож-ности определения ущерба, причиняемого данным преступлением, 36% о пробле-мах, возникающих при отграничении ст. 165 УК РФ от ст. 159 УК РФ, то есть от мошенничества. Остальные же 26 % высказались об иных трудностях. Аналогичная ситуация сложилась и при опросе правоприменителей. Так, из 179 опрошенных лиц было установлено, что 45, 2 % сталкиваются с трудностями оценки ущерба, кото-рый причиняется данным преступлением, 30, 7 % – с трудностями разграничения данного преступления все с тем же мошенничеством, а 24 % высказались об иных трудностях [7, с. 82].

Следовательно, как видно из проведенного Ботвиным И. В. опроса, основными проблемами являются именно применение данной нормы на практике, а латент-ность данного вида преступления лишь еще сильнее усугубляет ситуацию. В ре-зультате чего сотрудникам следствия легче вменить лицу ст. 159 УК РФ.

Как обозначалось выше, целью данной работы является исследование объекта и объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, и выявление

509

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

основных проблем, которые возникают при определении их показателей, что при-водит на практике к сложностям при принятии решения о применении этой нормы.

Согласно ст. 8 УК РФ, единственным законным основанием привлечения лица к уголовной ответственности является совершение такого деяния, которое содержит все признаки состава преступления, предусмотренного действующим УК.

Если обратиться к литературе, посвященной общей части уголовного права, то обычно под составом преступления понимают совокупность объективных и субъек-тивных признаков, которые дают основание полагать, что деяние лица является преступным, а, следовательно, влекущим соответствующее наказание. Такой точки зрения придерживается, например, Поляков С. А., который считает, что состав пре-ступления представляет собой совокупность установленных уголовным законода-тельством объективных и субъективных признаков [8, с. 9]. Трайнин А. Н. так же проводил аналогичную систематизацию признаков и указывал на их определение конкретного общественно опасного деяния как преступления [9].

Следовательно, можно прийти к выводу, что при отсутствии хотя бы одного из объективных и субъективных признаков невозможно привлечь лицо к уголовной ответственности, так как в его деянии нет состава преступления.

Начальное определение объективных признаков имеет важное практическое зна-чение, так как отсутствие охраняемых законом отношений или же самого деяния ставит под сомнение необходимость дальнейшего анализа субъективных признаков.

  • свою очередь, объективные признаки включают в себя два важных элемента, а именно, объект и объективную сторону состава преступления.

Рассмотрим более подробно каждый из объективных признаков состава преступ-ления, предусмотренного ст. 165 УК РФ.

Первым элементом выступает объект преступления. Для квалификации деяния по ст. 165 УК РФ его правильное определение имеет практическое значение, что вытекает из следующего: 1) объект преступления является элементом каждого пре-ступного деяния, т.е. любое преступление является таковым только тогда, когда че-му-либо причиняется вред; 2) объект является обязательным признаком состава преступления, без которого деяние не может быть признано преступным; 3) объект имеет принципиальное значение для кодификации; 4) от правильного установления объекта преступления зависит установление иных признаков состава преступления.

    • связи с этим, правильное определение объекта преступления даст первона-чальный ответ на вопрос, имеются ли в действиях лица признаки преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ.

При этом возникает первая проблем. Она состоит в том, что существуют различ-ные точки зрения по поводу того, что является объектом преступления в целом, и того, что является объектом преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ.

Определение объекта состава преступления в целом не вызывает серьезных трудностей за исключением некоторых вопросов. Так, Познышев С. В. считает, что объектом любого преступления выступает предмет [10]. При этом под предметом преступления обычно понимают конкретное материальное благо. Данная точка зре-ния является достаточно спорной. Возникает вопрос о том, если объектом преступ-ления выступает, например, как в нашем случае, имущество конкретного лица, по-чему же тогда преступление обладает таким свойством, как общественная опас-ность. Почему в таком случае причинение имущественного ущерба одному челове-ку будет опасно для всего общества? А проблема вытекает из того, что при таком понимании объекта у нас расплывается признак общественной опасности. Наруша-ется, в первую очередь, порядок общественных отношений между людьми, который

Скворцова О. В., Левченко В. В.

складывается по поводу права свободного пользования, распоряжения и владения своим имуществом по своему усмотрению, в свою очередь, охраняемый государ-ством. Следовательно, эти отношения и будут являться тем самым объектом пре-ступления. Аналогичной точки зрения, согласно которой в качестве объекта пре-ступления выступают урегулированные нормами права общественные отношения, придерживаются Пионтковский А. А. [11], Брайнин Я. М. [12]. Данная точка зрения считается нами наиболее правильной и обоснованной.

При определении объекта преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, сложность в том, что, несмотря на расположение данной статьи в главе, посвящен-ной преступлениям против собственности, в связи с чем фактически буквальное толкование уголовного закона подразумевает, что объектом преступления в данном случае являются урегулированные нормами права отношения в сфере собственно-сти, единого мнения в науке уголовного права по этому вопросу не сложилось.

Наиболее интересным и требующим нашего внимания является точка зрения Ба-рышевой Е. А. [13], а также Перч Н. В. [14], которые указывают на ошибочное ре-шение законодателем расположить ст. 165 УК РФ в гл. 21 «Преступления против собственности». При этом, несмотря на их единогласное мнение по поводу того, что данный состав преступления должен быть расположен в гл. 22 «Преступления про-тив экономической деятельности», обоснование этому авторами приводится разное.

Так, Перч Н. В. в своей работе причину необходимости переноса ст. 165 УК РФ обосновывает тремя аргументами. Во-первых, как указывает автор, понятие соб-ственности, которое применимо к преступлениям, содержащимся в данной главе УК РФ, имеет иное содержание, что вытекает из особенностей содержания данной ста-тьи. Такое различие проводится по разграничению понимания собственности в ста-тическом и динамическом смысле. И, если применительно к иным преступлениям, содержащимся в главе 21 УК РФ, она рассматривается в статическом смысле к фон-ду собственника, то применительно к преступлению, предусмотренному ст. 165 УК РФ, в динамическом. Это проявляется в том, что в данном случае имущество не яв-ляется обособленным от внешнего мира внутри фонда собственника или иного вла-дельца, а, наоборот, оно движется и вращается в свободном финансово-экономическом пространстве [14].

Данный аргумент не раз опровергался и, по нашему мнению, следует согласиться

  • его критикой со стороны Барышевой Е. А., которая указывала на его неубедитель-ность. Данный факт она связывала с тем, что автор при рассмотрении вопроса че-ресчур расширительно трактует понятие собственности, в результате чего фактиче-ски включает в него всю экономическую деятельность государства. Но, как отмеча-ет автор, даже при таком понимании собственности объектом преступления все же остается она, а не объект преступления в сфере экономической деятельности [13].

Критикуя Перч Н. В., следует исходить и из того факта, что собственность при-менительно в гл. 21 УК РФ рассматривается как с экономической, так и с юридиче-ской точки зрения. Если с экономической точки зрения понимания собственности обосновано считать ее динамической, то с юридической точки зрения она всегда остается статической. Данный факт проявляется в том, что, несмотря на фактиче-ское изъятие имущества из общей собственной массы потерпевшего, юридически сам факт перехода права собственности уже совершился, а, следовательно, несмотря на фактическое отсутствие у него данного имущества, оно уже входит в его имуще-ственную массу, то есть, является его собственностью.

511

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

Возвращаясь к аргументам Перч Н. В., остановимся на втором. Так, по мнению автора, второй причиной, по которой возникает необходимость изменения располо-жения ст. 165 УК РФ и перенесения в следующую главу преступлений в сфере эко-номической деятельности, является круг потерпевших лиц в рамках рассматривае-мого состава. Это вытекает, по мнению автора, из того, что, если исходить из анали-за диспозиции статьи, то ясно видно, что речь идет не только о потерпевшем-собственнике, но и об ином владельце. При этом, если провести анализ ст. 216 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), то владельцем иму-щества не обязательно должен быть собственник, а, следовательно, речь идет не только об отношениях собственности, но также и иных вещных правах, которые не только отличаются от данной группы отношений, но и, по большей мере, тяготеют к отношениям в сфере экономической деятельности [14].

Недостаток данного подхода, если проанализировать гл. 21 УК РФ, состоит в том, что все формы, например, тех же хищений, помимо собственника указывают на такого потерпевшего, как иного владельца. Если исходить из аргумента Перч Н. В., то можно прийти к выводу, что большинство или даже все составы преступле-ний необходимо перенести в главу 22 УК РФ, а гл. 21 УК РФ попросту исключить, что является сомнительным решением.

Третий аргумент позиции Перч Н. В. сводится к тому, что в гл. 22 содержатся специальные составы по отношению к составу, предусмотренному ст. 165 УК РФ. К таким составам относятся ст. ст. 176, 177, 194, 198, 199 и иные [14]. Данный аргу-мент аналогично предыдущему выглядит необоснованным по той же причине. Су-ществует большое количество специальных составов, которые по отношению к об-щему, содержатся в иной главе. Так, например, ст. 229 УК РФ, предусматривающая ответственность за хищение либо вымогательство наркотических средств, содер-жится в гл. 25 «Преступления против здоровья населения и общественной нрав-ственности», а не в гл. 21 «Преступления против собственности». Суть специальных норм заключается в том, что они предусматривают частные случаи общих норм, что выражается в наличии особого объекта, предмета, субъекта и др., а, следовательно, исходя из этого, данные особенности могут также влиять на расположение состава преступления в соответствующей главе.

Как было указано выше, одним из критиков, но и одновременно единомышлен-ников иного понимания объекта преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, является Барышева Е. А.. Свою позицию она выдвигает на основе критики аргумен-тов Перч Н. В. и проведенного анализа по данному вопросу. В результате чего, ав-тор приходит к выводу о том, что причиной необходимости отнесения данного со-става к гл. 22 УК РФ является не иное понимание собственности или круга потер-певших лиц рассматриваемого состава, а тот факт, что сами отношения собственно-сти вовсе не являются объектом. По мнению автора, объектом в данном случае вы-ступают обязательственные отношения, а именно, такой непосредственный объект, как отношения по получению дохода от свободной и в законно осуществляемой предпринимательской или иной экономической деятельности. Свою позицию автор аргументирует, исходя из анализа гражданского законодательства, а именно, тем, что при анализе содержания ст. 209 ГК РФ, а также ст. 165 УК РФ можно прийти к такому выводу, что собственность как объект преступления предполагает наличие в отношении предмета, на который происходит посягательство, всех трех составляю-щих права собственности, которые вытекают из гражданского законодательства, а именно, владения, пользования и распоряжения. В свою же очередь, при соверше-нии преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, как полагает автор, никакое из

Скворцова О. В., Левченко В. В.

правомочий собственника не страдает. Так, правомочие владения подразумевает под собой фактическое овладение вещью потерпевшим, что в случае причинения имущественного вреда отсутствует. Это проявляется в том, что сама вещь, на кото-рую происходит посягательство, на момент совершения преступления еще не по-ступила в обладание потенциального собственника. Аналогично и с другими право-мочиями. Например, такое правомочие, как пользование, подразумевает под собой возможность любым доступным способом извлекать полезные свойства из данной вещи. В связи с тем, что потерпевший вещью не владеет, то и пользоваться он ею также не может. С правомочием распоряжения идентичная ситуация. По мнению Барышевой Е. А. нельзя распоряжаться «абстрактной категорией будущего». Распо-ряжаться можно лишь тем, что лицо имеет фактически. Исходя из этого, Барышева Е. А. приходит к выводу, что при причинении имущественного ущерба деятель-ность лица направлена не на совершение посягательства на отношения собственно-сти, а на воспрепятствование получению потерпевшим определенного дохода, кото-рый он бы мог получить при обычных условиях. Следовательно, автор приходит к выводу, что при совершении преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, от-ношения собственности не страдают [13].

Вышеизложенная точка зрения выглядит, на наш взгляд, спорной по ряду при-чин. Такое раздробленное понимание права собственности приводит к тому, что при отсутствии хотя бы одного из элементов этого права лицо вовсе утрачивает право собственности, что совершенно неверно. Получается, в случае посягательства на имущество, находящееся в аренде у другого лица, отношения собственности стра-дать не будут? Совершенно неверно. Критикуя позицию Барышевой Е. А., следует учитывать тот факт, что собственность рассматривается как в экономическом, так и юридическом смысле. О чем мы писали раньше. В случае же с Барышевой Е. А. в ее вышеизложенных аргументациях видно явное игнорирование юридического пони-мания собственности. Как было указано ранее, при характеристике динамического состояния собственности как важной составляющей, характеризующей особенность объекта ст. 165 УК РФ, Перч Н. В. также не обращал внимание на тот факт, что соб-ственность и юридическая категория. Это говорит о том, что само фактическое от-сутствие у лица вещи не дает основание не признавать его собственником. Данные положения вытекают из анализа действующего гражданского законодательства. Так, согласно ст. 209 ГК РФ, собственнику имущества принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Возьмем один из видов договора, например, купли-продажи. Согласно ст. 458 ГК РФ, моментом исполнения обязан-ности продавца передать товар покупателю в случае наличия третьей стороны счи-тается момент передачи товара этому лицу. Следовательно, можно прийти к выводу, что право собственности возникло с момента передачи товара третьему лицу, например, доверенному, которое по просьбе покупателя осуществляет доставку. Но фактически покупатель не обладает данной вещью. Получается, если исходить из вышеизложенной позиции Барышевой Е. А., в случае возникновения умысла на со-вершение действия, выраженного в причинении имущественного вреда путем обма-на и злоупотребления доверием, у доверенного лица, посягательства на право соб-ственности не будет. Данное положение совершенно неверно. В данном примере хоть покупатель еще не обладает правом фактического пользования и владения, юридически оно возникло с момента исполнения продавцом обязательства, а уж тем более возникло право распоряжения. Следовательно, в данном случае имущество, несмотря на фактическое отсутствие, уже входит в общую массу собственности и

513

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

юридически лицо им распоряжаться уже может, а значит, посягательство в данном случае будет на это самое право собственности.

    • связи с вышеизложенным, при анализе объекта преступления, предусмотрен-ного ст. 165 УК РФ, необходима комплексная характеристика его экономической и юридической составляющей.

Следует учитывать, что на практике часто деяния квалифицируются по ст. 165 УК РФ, хотя вопрос о том, происходило ли посягательство на отношения собствен-ности, остается открытым. Так, 18 февраля 2020 года было рассмотрено дело Нарь-ян-Марским городским судом Ненецкого автономного округа, по результатам кото-рого был осужден Домнин по п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. Согласно материалам дела, Домниным был заключен ряд договоров с индивидуальными предпринимателями от имени ООО «Г». По данным договорам предприниматели обязывались осуществить перевозку сыпучих грузов для третьих лиц. По результатам выполненной работы виновным было выплачено только 800 тыс. рублей, чем предпринимателям был причинен материальный ущерб в виде невыплаты должного Домниным на сумму 6, 5 млн. рублей [15].

    • данном случае возникает вопрос о том, был ли причинен ущерб отношениям собственности? Действительно же налицо посягательство на отношения в сфере предпринимательской деятельности, которая относится к посягательствам на отно-шения в сфере экономической деятельности, предусмотренным гл. 22. Такая квали-фикация, на наш взгляд, осуществляется ввиду отсутствия соответствующего соста-ва, который бы охватывал данное деяние и предусматривал за него ответственность.
  • результате чего правоприменитель выбрал наиболее близкий состав преступле-ния, который расположен в гл. 21, несмотря на то, что отношениям в сфере соб-ственности как такового ущерба причинено не было. Другая ситуация была бы, если бы гл. 22 предусматривалась ответственность за злостное умышленное неисполне-ние договорных обязательств, повлекшее причинение ущерба в крупном размере. В таком случае вопрос о правильности квалификации не возник бы. При этом введе-ние такой статьи свело бы случаи применения нормы, предусматривающей уголов-ную ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, к единичным, то есть фактически превратило бы ст. 165 УК РФ в «мертвую» норму.

Само же предлагаемое Барышевой Е. А. и Перч Н. В. перемещение преступле-ния, регламентируемого ст. 165 УК РФ, из гл. 21 УК РФ в гл. 22 УК РФ видится не совсем убедительным. В таком случае возникнет ряд сложностей. Во-первых, сле-дует учитывать, что почти все преступления в области экономических отношений влекут за собой наступление определенных негативных имущественных послед-ствий, выраженных в причинении имущественного вреда. Перенесение в действу-ющей редакции ст. 165 УК РФ приведет к дополнительным сложностям разграни-чения данного преступления с теми преступлениями, которые уже содержатся в гл. 22 УК РФ, так как одно и то же деяние будет, по сути, охватываться двумя состава-ми преступлений. Безусловно, как показало вышеизложенное решение, у судов в большинстве случаев нет иного варианта, только как квалифицировать деяние по ст. 165 УК РФ, хотя фактически оно направлено, в первую очередь, на отношения в области предпринимательства. Одним из вариантов решения данной проблемы мог-ло бы быть выделение из статьи двух самостоятельных составов, где один преду-сматривал бы ответственность за «Злостное нарушение договорных обязательств, повлекшее причинение имущественного ущерба», а другой – за «Незаконное поль-зование электроэнергией», и помещены они были бы в главу 22 УК РФ. Но данное

Скворцова О. В., Левченко В. В.

решение приведет к необходимости полного реформирования ст. 165 УК РФ, а так-же поставит вопрос в целом о целесообразности существования такого состава пре-ступления.

Следующим и не менее важным признаком объекта, сложность определения ко-торого возникает при квалификации деяния лица по ст. 165 УК РФ, является пред-мет. Проблемой определения предмета преступления, заключающегося в причине-нии имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, являет-ся то, что законодатель четко не определил, что является таковым. Следует учиты-вать, что и наука уголовного права так же не содержит единого мнения по данному вопросу.

Можно согласиться с Маслаковой Е. А., что одной из наиболее распространен-ных точек зрения определения предмета преступления является та, согласно кото-рой под таковым понимают вещи, а также элементы материального мира, которые подвергаются воздействию со стороны преступника при совершении противоправ-ного деяния [16]. Но, по мнению ряда авторов, данная точка зрения является доста-точно узкой. Так, Коржанский Н. И. считает, что при определении того, что являет-ся предметом преступления, следует учитывать, в первую очередь, не его физиче-ские свойства, а характер и содержание выражающихся в нем общественных отно-шений [17]. В результате чего Новоселов Г. П. приходит к выводу о том, что пред-метом выступают не только предметы материального мира, но и носящие нематери-альный характер, при этом способные удовлетворить человеческие потребности [18].

Проблема определения предмета посягательства в преступлении, предусмотрен-ном ст. 165 УК РФ, состоит в том, что законодатель при определении предмета пре-ступлений против собственности определил его лишь относительно такой группы преступлений, как хищения. Так, относительно большинства форм хищений в каче-стве предмета рассматривается имущество в узком значении, а именно, вещи, день-ги, ценные бумаги. При мошенничестве так же выделяется такой предмет, как пра-во на имущество, а в вымогательстве – действия имущественного характера. В то же время по отношению к преступлениям, которые не являются хищениями, возникает вопрос о перечне того, что является предметом данных преступлений. При этом наука уголовного права по данному вопросу так же, как и относительно определе-ния объекта преступления, не имеет единого мнения.

Так, следует уделить внимание тем авторам, которые в качестве предмета пре-ступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, рассматривают имущественные права, вытекающие из обязательственных требований [19, с. 221]. Видится верным, что данный предмет в полной мере характеризует сущность данного состава преступле-ния. Например, в случае возникшего обязательства у лица передать деньги или ве-щи потерпевшему, предметом выступают не сами деньги и вещи, а именно имуще-ственное право их требовать, что, по сути, выступает не овеществлённым имуще-ством. Противоположной точки зрения придерживается Хабаров А. В. Так, по мне-нию автора, в случае, если лицо обманным способом воспользовалось услугой воз-мездного характера, но при этом не оплатит ее, то данное деяние не будет образо-вывать состава преступления, предусматривающего ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Свою пози-цию автор обосновывает тем, что не при всех услугах возмездного характера проис-ходит использование какого-либо имущества, как например, при оказании психоте-рапевтических услуг [20, с. 170]. С данной позицией сложно согласиться, так как

515

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

одним из последствий рассматриваемого состава преступления выступает упущен-ная выгода, которая под собой подразумевает ничто иное, как неполучение должно-го. В результате оказания психотерапевтических услуг лицо как раз не получает то имущество, то есть денежные средства, которые могло бы получить при обычных условиях совершения данных услуг, а, следовательно, претерпевает определенные негативные последствия не овеществлённого имущественного характера.

Не исключением является и случай, когда предметом данного состава выступает именно овеществленное имущество. Такая ситуация возможна, когда имущество потерпевшего выходит из его владения. Например, когда само виновное лицо возла-гает бремя своих расходов на потерпевшего, а последний, в свою очередь, лишается денежных средств. Одним из примеров такого деяния является использование слу-жебного, рабочего транспорта в личных целях и не по назначению, в результате че-го расходуются горюче-смазочные материалы, которые оплачиваются потерпев-шим. Следовательно, собственник или иной владелец несет имущественные потери,

  • точнее, ему и причиняется имущественный ущерб. Но проблема видится в том, что ущерб причиняется не тем, что потерпевший претерпевает убытки от траты на горюче-смазочные материалы, а тем, что он при обычных условиях целевого ис-пользования автотранспортного средства мог бы получить доход. В результате чего он теряет не фактическое имущество из своего фонда, а упущенную выгоду.

Так, в 2011 г. в Северодвинске Архангельской области было рассмотрено дело № 1 – 57 – 2011/ 1 в отношении начальника колонны № 3 цеха № 20 ОАО «ПО «Сев-маш» М., который обвинялся в причинении имущественного ущерба в виде упу-щенной выгоды. Согласно материалам уголовного дела, М. был наделен обязанно-стью осуществлять руководство колонной, а также организацию производственной деятельности водителей и работников других цехов. М., в нарушение установленно-го порядка организации труда, использовал в обход оформлению надлежащих обра-зом автомобиль ОАО «ПО «Севмаш» для перевозки строительных материалов в личных целях. В результате чего М. было незаконно использовано транспортное средство цеха № 20, что причинило компании ущерб в виде упущенной выгоды на сумму 17688, 2 рублей [7, с. 109].

Как видно в вышеизложенном примере, речь идет именно о так называемом овеществленном имуществе, а его использование было законным, но нецелевым.

На основании этого следует согласиться с мнением Михайлова К. В., который выделяет три предмета на которые происходит посягательства при совершении причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверия:

    1. во-первых, это непосредственно имущество, которое еще не находится в фон-дах собственника, но он должен его получить от виновного, например, за оказанную услугу;
    2. во-вторых, имущество, которое уже находится в фонде собственника, но оно используется виновным, что ведет к износу данного имущества;
    3. в-третьих, так называемое не овеществлённое имущество, о котором говори-лось выше и выход которого из фонда собственника обусловлен обязанностью уплаты услуги потерпевшему [21, с. 89].

Следующим признаком состава преступления является объективная сторона, ко-торая представляет собой внешнюю форму выражения преступления, проявляющу-юся в деянии (действии или бездействии), вредных последствий, вызванных данным деянием, причинно-следственной связи между деянием и последствиями, а также способе, месте, времени, обстановке, орудии и средствах совершения преступления.

Скворцова О. В., Левченко В. В.

Изучая объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, следует остановиться на наиболее дискуссионных вопросах определения вида ущерба, а также способах совершения преступления.

Необходимость детального внимания к вопросу о виде ущерба имеет важное практическое значение, которое вытекает из того, что наличие последствий является обязательным условием наступления ответственности за оконченное преступление по ст. 165 УК РФ. Следовательно, от правильности установления ущерба зависит установление стадии совершенного преступления, его тяжести, что, в свою очередь, позволяет более правильно определить соответствующий вид и размер наказания.

За период существования действующего УК РФ, в рассматриваемую ст. было внесено кардинальное изменение, которое проявилось в том, что в 2012 г. в качестве обязательного признака было введено наступление крупного ущерба в размере 250 000 руб. При этом не все ученные и правоприменители положительно оценили данное новшество. Большая часть судебных работников сталкивается с проблемой применения ст. 165 УК РФ в связи со сложностью определения последствий, а именно, оценки ущерба. Особенно данный факт виден, исходя из указанной в нача-ле статьи статистики проведенного опроса.

Такая проблема связана, в первую очередь, с отсутствием должных разъяснений со стороны Верховного Суда РФ по данному вопросу, а также с неопределенностью по данному вопросу со стороны ученных в теории уголовного права, несмотря на наличие следующих положений в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48, где в п. 22 указано: «При решении вопроса о том, имеется ли в действиях лица состав преступления, ответственность за которое предусмотре-на статьей 165 УК РФ, суду необходимо установить, причинен ли собственнику или иному владельцу имущества реальный материальный ущерб либо ущерб в виде упущенной выгоды, то есть неполученных доходов, которые это лицо получило бы…» [22].

Однако данное разъяснение является лишь попыткой разграничения ст. 159 УК РФ и ст. 165 УК РФ, но не отвечает на вопрос о возможности причинения при со-вершении анализируемого преступления реального ущерба.

По данному вопросу в свое время высказывался Хабаров А. В., который указы-вал на то, что, если в качестве последствия данного преступления рассматривать упущенную выгоду, то это приведет к вынесению данного преступления за рамки отношений собственности, а также необходимости перемещения данного состава преступления в другую главу уголовного закона [20].

Интересной точки зрения по данному вопросу придерживается Плохова В. И., которая выделяет третью форму ущерба, на ее взгляд, более применимую к иссле-дуемому составу преступления. Так, по мнению автора, в данном случае характерно причинение ущерба в виде неполучения должного, что находится за рамками реаль-ного ущерба, а также упущенной выгоды [23]. Проблема состоит лишь в том, что в разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ выделяются лишь ущерб в виде реаль-ного или упущенной выгоды.

Следует согласиться с мнением Логиновой Н. Г., которая связывает совершение преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, и с причинением реального ущер-ба. Так, по мнению автора, в случае незаконного использования чужого имущества, которое не было связано с безвозмездным изъятием, происходит его износ, что, без-условно, уменьшает его материальную ценность, а, следовательно, и ведет к причи-нению реального ущерба помимо упущенной выгоды [24].

517

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

Одним из ярких примеров такой ситуации является уголовное дело, рассмотрен-ное в 2011 г. Ленинским районным судом. Согласно материалам данного дела, гражданин Т., который являлся заместителем начальника службы благоустройства и озеленения АУ г. Омска «УБ ЛАО», злоупотребив доверием, совершил причинение имущественного ущерба компании тем, что, получив заявку от К. на производство работ, не заключил с К. договор на их выполнение, а денежные средства просил пе-редать ему лично. При выполнении данных работ были использованы техника и ра-ботники АУ г. Омска «УБ ЛАО» [7, с. 85].

Денежные средства в целях личного обогащения виновным в кассу сданы не бы-ли. По нашему мнению, в данном случае отчетливо причинение ущерба не только в виде упущенной выгоды, но и в виде реального. Данный факт проявляется в том, что лицом была использована техника компании, которая приводила как к ее изно-су, так и к трате горюче-смазочных материалов.

Следовательно, можно прийти к выводу, что в результате совершения преступ-ного деяния, предусмотренного ст. 165 УК РФ, ущерб может выражаться как в фор-ме упущенной выгоды, так и в форме реального ущерба. Но не так все просто. Как показывает практика вышеизложенных судебных решений, следует учесть, что у нас возникает две ситуации. С одной стороны, лицо нарушило договорное обяза-тельно, чем причинило ущерб в форме упущенной выгоды собственнику, с другой стороны, обязательство заключать с клиентами такой договор.

  • Конституции РФ содержится интересная норма ст. 34, которая закрепляет пра-во каждого лица на свободное использование своего имущества в предпринима-тельских и иных не запрещенных законом экономических видах деятельности [1]. Следовательно, любые действия, которые ограничивают свободное использование собственником своего имущества, будут посягать на его основополагающее консти-туционное право. В результате чего возникает вопрос о том, если лицо, на законных основаниях осуществляющее предпринимательскую деятельность, нанимает по трудовому или иному договору лицо для выполнения работ, а последнее в личных целях ограничивает использование имущества, принадлежащее работодателю, будет ли в данном случае посягательство на отношения собственности? Видится, что нет.

По нашему мнению, упущенная выгода представляет собой категорию, относя-щуюся к предпринимательской деятельности. Но, безусловно, имущественный ущерб может быть причинен и в форме реального, о чем свидетельствует законное использование за счет средств работодателя горюче-смазочных материалов, но в личных целях. Получается, возникает такая ситуация, что законодатель попытался объединить в одну статью несколько уголовно-правовых норм, которые посягают на разные отношения, что и вызывает на практике такие проблемы.

Относительно реального ущерба и примера с использованием горюче-смазочных материалов возникает и иная ситуация, требующая, на наш взгляд, анализа. Как из-вестно, уголовный закон содержит ст. 160 УК РФ, которая закрепляет такую форму хищения, как присвоение и растрата. Так, согласно Постановлению Пленума Вер-ховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мо-шенничестве, присвоении и растрате», как растрата рассматриваются такие дей-ствия, когда лицо в корыстных целях истратило вверенное ему имущество против воли собственника путем потребления, расходования или передачи другим лицам. Возникает вопрос, почему суд дополнительно не квалифицировал действия в рас-смотренном выше нами уголовном деле № 1–57–2011/1 в отношении начальника колонны № 3 цеха № 20 ОАО «ПО «Севмаш» М. по ст. 160 УК РФ? Согласно мате-риалам дела, имущество было вверено М. по трудовому договору, то есть принад-

Скворцова О. В., Левченко В. В.

лежало ему на законных основаниях. Использовалось же оно не в трудовых, а в личных целях. В связи с этим усматривается еще один обязательный признак соста-ва преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ, а именно, корысть. При этом та часть объективной стороны, которая выражалась в расходовании горюче-смазочных материалов, не была учтена в процессе квалификации. Это привело к однобокому анализу возникшей ситуации. На наш взгляд, было бы логично квалифицировать действия М. по совокупности ст. 160 УК РФ и ст. 165 УК РФ, что соответствовало бы положениям действующего уголовного законодательства.

Исключить же совокупность преступлений в рассмотренной ситуации могло наличие признака незаконности относительно использования имущества, принад-лежавшего ОАО «ПО «Севмаш», так как для состава преступления, предусмотрен-ного ст. 160 УК РФ, обязательным признаком является растрата именно вверенного имущества. И тогда единственным возможным вариантом стало бы привлечение лица к уголовной ответственности по ст. 165 УК РФ. При этом наличие реального ущерба как конструктивного признака объективной стороны данного состава пре-ступления ставится под сомнение, что приводит к возникновению проблем в про-цессе квалификации. Одним из вариантов разрешения возникшей ситуации нам ви-дится дополнение действующего УК РФ ст. 160. 1 УК РФ «Незаконное использова-ние чужого имущество, повлекшее причинение ущерба собственнику или иному владельцу в крупном размере».

Возвращаясь к позиции Плоховой В. И., которая связывает наступившие послед-ствия с причинением особого вида ущерба, а именно, неполучением должного, сле-дует установить различия данной категории с причинением упущенной выгоды. По данному вопросу высказывался Перч Н. В. По мнению автора, эти понятия имеют различную природу происхождения. Что касается неполучения должного, данное понятие применимо к случаям, когда собственнику или иному владельцу должно было поступить имущество в силу закона или иного нормативно-правового акта, но такого не происходит по вине виновного. Ситуацию с ущербом в виде упущенной выгоде автор связывает, когда собственник или иное лицо может рассчитывать на прибыль при совершении гражданско-правовых сделок, но происходит посягатель-ство со стороны виновного лица [14].

На основе анализа вышеизложенной позиции, можно сделать вывод, что приме-нение к анализируемому составу преступления такой категории ущерба, как непо-лучение должного, видится более разумным, поскольку позволяет предотвратить те сложности, которые возникают на практике с установлением не только суммы упу-щенной выгоды, но и причинно-следственной связи между действиями виновного и наступившими последствиями, а упущенную выгоду следует рассматривать как последствия причинения ущерба новым составом преступления, который бы пося-гал на нарушение договорных обязательств и содержался бы в гл. 22 УК РФ. Также видится целесообразным принятие соответствующего постановления Пленума Вер-ховного Суда РФ, в котором были бы даны разъяснения по данному вопросу.

Следующим обязательным элементом объективной стороны состава преступле-ния, предусмотренного ст. 165 УК РФ, является способ его совершения. Так, со-гласно диспозиции данной статьи, выделяются два способа, а именно, обман или злоупотребление доверием. При этом, важность правильного установления данных категорий имеет практическое значение, так как они являются обязательными со-ставляющими причинения имущественного ущерба, предусмотренного ст. 165 УК РФ, а, следовательно, их установление дает возможность отграничить данный со-

519

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

став преступление от гражданско-правового деликта, а также от иных составов пре-ступления.

Проблема определения данных категорий состоит в том, что, несмотря на нали-чие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, оно дано лишь применительно к такому составу преступления, как мошенничество, которое, в свою очередь, являет-ся одной из форм хищения. При этом важным условием при квалификации деяния лица по ст. 165 УК РФ является именно отсутствие признаков хищения, так как в противном случае налицо деяние, подпадающее под преступление, предусмотрен-ное ст. 159 УК РФ.

Что касается разъяснения судебной инстанции по данному вопросу, то согласно

  • 2 постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», под обманом понимаются следу-ющие действия: сознательное сообщение (представление) заведомо ложных сведе-ний, умалчивание об истинности фактов, умышленные действия, направленные на введение лица в заблуждение. Относительно злоупотребления доверием в п. 3 того же документа дается разъяснение, что под ним понимается использование в ко-рыстных целях доверительных отношений с владельцем или иным лицом [22].

Исходя из анализа положений данного постановления Пленума ВС РФ видно, что в нем дается лишь указание на примерный перечень деяний, которые попадают под обман или злоупотребление доверием, но не обозначено разграничение относи-тельно использования данных категорий к составу преступления, предусмотренно-му ст. 165 УК РФ.

    • части содержания понятий обмана и злоупотребления доверием применитель-но к составу преступления, предусмотренному в ст. 165 УК РФ, следует согласиться с мнением Журавлева М. П., который считает, что оно аналогично тому, что дано применительно к мошенничеству [25, с. 434]. Как верно отмечает Бугаев В. А., в данном случае все различие состоит лишь в том, какую конкретную цель преследует виновное лицо при совершении преступления. Так, по мнению автора, в случае мо-шенничества вся специфика совершения обмана или злоупотребления доверием со-стоит в том, что оно направлено на завладение чужим имуществом или же получе-ние на него прав. В то же время, в случае с причинением имущественного ущерба конечная цель будет проявляться не в завладении, а временном заимствовании или же уклонении от передачи оплаты за предоставленные не вещные объекты соб-ственности [26].

При этом следует выделить важную особенность обмана при изучении состава преступления, предусмотренного в ст. 165 УК РФ. Так, при совершении данного деяния собственник может и не получать ту информацию, которая вводила бы его в заблуждения, так как данные действия будут совершены по отношению к третьим лицам. При этом данный факт никак не препятствует извлечению материальной вы-годы преступником. Такая ситуация возможна, например, когда лицо умышленно не уплачивает проживание в отеле, воздействуя обманным способом на администрато-ра. Тем самым администратор, будучи введенным в заблуждение, оказывает винов-ному услугу, а сам собственник имущества при этом сознательно не участвует при совершении данных действий. Следовательно, он непосредственно не испытывает на себе обман, но претерпевает последствия в виде неполучения платы за оказанные услуги в его отеле.

    • связи с этим, на основании вышеизложенного, можно прийти к выводу, что со-держание понятия обмана при изучении рассматриваемого преступления аналогич-но тому, что предусмотрено при совершении мошенничества. Различия же содер-

Скворцова О. В., Левченко В. В.

жатся в конечной цели, которую преследует преступник, то есть в механизме извле-чения незаконной имущественной выгоды.

    • настоящее время происходит повсеместное внедрение компьютерных техноло-гий в связи с развитием научно-технического прогресса. Данные новшества прони-кают во все сферы деятельности человечества. Этот фактор, безусловно, является одной из причин бурного развития киберпреступности. Так, согласно предоставлен-ной в 2021 г. информации о состоянии преступности в Российской Федерации, только за 6 месяцев ее процент увеличился на 20,3 %, а доля киберпреступности в общей структуре преступлений вовсе достигла 26, 5 % [27]. И данный показатель растет высокими темпами. Большая часть преступлений фиксируется в сфере кре-дитно-финансовых отношений, а также касающихся нарушения неприкосновенно-сти информации о частной жизни, семейной тайны при обработке персональных данных.
    • результате такого влияния цифровизации на жизнь человека законодатель про-изводит реформирование действующего законодательство с учетом реальности происходящего. Так, в 2012 г. была введена дополнительная статья к смежному (мошенничеству) с рассматриваемым составом преступления, а именно, ст. 159. 6 УК РФ, которая предусматривает ответственность за мошенничество в сфере ком-пьютерной информации. Следовательно, тем самым законодатель признал целесо-образным отобразить это в действующем законодательстве в связи с различной сте-пенью общественной опасности отдельных деяний в рамках мошенничества, преду-смотрев менее строгий перечень наказаний. При этом, несмотря на достаточную схожесть составов преступлений, предусмотренных ст. 159 УК РФ и ст. 165 УК РФ, относительно последнего такие изменения не вносились. Поэтому возникает вопрос
  • целесообразности внесения изменений в действующее законодательство, а имен-но, отображении третьего способа совершения преступления, предусмотренного в ст. 165 УК РФ. Ведь причинение имущественного ущерба путем обмана или зло-употребления доверием с использованием компьютерной информации формирует качественно новое общественно опасное деяние, и совершение рассматриваемого преступления данным способом является не редкостью.

Так, в 2011 г. в г. Калинингад Ленинским районным судом было рассмотрено де-ло № 1 – 244/ 11 в отношении гражданина Г. Согласно материалам уголовного дела, гражданин Г., используя персональный компьютер, имея умысел на причинение имущественного ущерба ОАО «Авиакомпания ЮТэйр», незаконно приобрел ин-формацию о реквизитах банковской карты, владельцем которой выступал гражда-нин Сингапура Джой Ло. В результате приобретения данных реквизитов, реализуя в дальнейшем преступный умысел, гражданин Г. заказал авиабилеты на сайте, при-надлежавшем ОАО «Авиакомпания ЮТэйр» по маршруту Калинингард – Санкт-Петербург на сумму 39880 руб. Позднее ЗАО «Компания объединенных кредитных карточек» проинформировало письмом ОАО «Авиакомпания ЮТэйр» о признании счета на сумму 39880 руб. недействительным и удержало указанную сумму с ОАО «Авиакомпания ЮТэйр» в пользу владельца карты. Подобные действия граждани-ном Г. были совершены не единожды, в результате чего «Авиакомпания ЮТэйр» был причинен имущественный ущерб на общую сумму 172 470 руб. [7, с. 100].

Но, несмотря на наличие судебной практики, все же существует ряд проблем, препятствующих внедрению таких изменений в действующее законодательство. Во-первых, одной из причин выступает высокий уровень латентности преступлений с использованием компьютерных технологий. Во-вторых, выделение использования

521

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

компьютерных технологий в качестве отдельного способа в рамках ч. 1 ст. 165 УК РФ видится нецелесообразным по той причине, что санкция от этого не изменится, а

  • учетом имеющихся двух способов совершения преступления, деяние, совершен-ное данным способом, может полноценно охватываться ими. В-третьих, как было указано выше, это уровень общественной опасности, а соответственно назначаемого наказания. Санкция ч. 1 ст. 165 УК РФ предусматривает широкий перечень наказа-ний, которые охватывают ответственность за данное деяние со всех сторон. В связи
  • этим, принятие отдельной статьи по аналогии с мошенничеством не видится необ-ходимым. В принципе, такая идея выглядела сомнительной и при введении допол-нительной нормы (ст. 159. 6 УК РФ) в рамках мошенничества. Поэтому подобное решение относительно исследуемого состава преступления привело бы к еще боль-шим проблемам применения ст. 165 УК РФ ввиду дополнения УК новой «мертво-рожденной» статьей в связи с единичными случаями ее применения, а также к необходимости ее разграничения со ст. 165 УК РФ.

Проанализировав объективную сторону состава преступления, предусмотренно-го ст. 165 УК РФ, можно прийти к следующим выводам:

    1. В связи с наличием сложности определения наступивших последствий, а так-же связанным с этим различием в объектах преступного посягательства, считаем необходимым внести в действующее уголовное законодательство следующие кор-ректировки: дополнить действующий УК РФ ст. 160. 1 УК РФ «Незаконное исполь-зование чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием, причи-нившее ущерб собственнику или иному владельцу в крупном размере», которой бу-дет охватываться причинение реального ущерба; рассмотреть вопрос о дополнении главы 22 УК РФ новой статьей, посвященной злостному нарушению договорных обязательств, которые повлекли причинение ущерба в виде упущенной выгоды.
    2. Видится целесообразным принятие соответствующего постановления Плену-ма Верховного Суда РФ о судебной практике по делам о причинении имуществен-ного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, где будет определено, что преступными последствиями данного деяния признается также причинение ущерба в виде неполучения должного, будут последовательно изложены основания разграничения ст. 159 УК РФ и ст. 165 УК РФ, а также будут даны разъяснения по иным наиболее дискуссионным вопросам, ряд из которых не был рассмотрен в рам-ках данной работы, включая, например, определение понятия «имущество».

Список литературы:

  1. Российская Федерация. Конституция (1993). Конституция Российской Федерации: офиц. текст. –

М .: Проспект, 2022. – 62 с.

  1. Российская Федерация. Законы. Кодекс Российской Федерации об административных правонару-шениях: КоАП : текст с изменениями и дополнениями на 1 февраля 2022 года : [принят Государствен-ной думой 20 декабря 2001 года : одобрен Советом Федерации 26 декабря 2001 года]. – Новосибирск :

Норматика, 2022. – 532 с.

  1. Российская Федерация. Законы. Уголовный кодекс Российской Федерации : УК : текст с изменени-ями и дополнениями на 1 августа 2017 года : [принят Государственной думой 24 мая 1996 года : одоб-рен Советом Федерации 5 июня 1996 года]. – Москва : Эксмо, 2023. – 288 с.
  2. «КонсультантПлюс» [Электронный ресурс]: «Уголовный кодекс РСФСР» (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) (ред. от 30.07.1996). – Электронные текстовые данные.
  3. «КонсультантПлюс» [Электронный ресурс]: Постановление ВЦИК от 22.11.1926 «О введении в

действие Уголовного Кодекса Р.С.Ф.С.Р. редакции 1926 года» (вместе с «Уголовным Кодексом Р. С.Ф.С.Р.»)/ – Электронные текстовые данные.

  1. Судебная статистика РФ: уголовное судопроизводство: данные о назначенном наказании по стать-ям УК: сайт. – Москва, 2023.
  2. Ботвин, И. В. Уголовная ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием: специальность 12.00.08 «Уголовное право и криминология; уголовно – исполнительное право» : диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук / Ботвин Илья Викторович ; Барнаульский юридический институт МВД России. – Барнаул, 2016. – 210 с.

Скворцова О. В., Левченко В. В.

  1. Поляков, С. А. Теория состава преступления: учебник / С. А. Поляков, Т. Р. Сабитов, С. И. Сухору-ков – Новосибирск : Изд-во НГТУ, 2011. – 186 с.
  2. Трайнин, М. Н. Учение о составе преступления / Трайнин А. – М.: Юрид. изд-во МЮ СССР, 1946.

– URL : https://djvu.online/file/LRLjRJ2myhOaO (дата обращения 11.08.2023). – Текст: электронный.

  1. Познышев, С. В. Основные начала науки уголовного права. Общая часть уголовного права / Поз-нышев С.В. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: А.А. Карцев, 1912. – 668 c.
  2. Пионтковский, А. А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. Курс советского уголовного права: Общая часть.: Госюриздат, 1961. – 666 c.
  3. Брайнин, Я.М. Уголовная ответственность и ее основание в советском уголовном праве. М., 1963.
  4. Барышева, Е. А. Объект причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения // Вестник ОмГУ. Серия. Право. 2010. №2. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obekt-prichineniya-imuschestvennogo-uscherba-putem-obmana-ili-zloupotrebleniya-doveriem-pri-otsutstvii-priznakov-hischeniya (дата обращения: 16.08.2023).
  5. Перч, Н. В. О месте статьи 165 уголовного кодекса РФ в системе преступлений в сфере экономики // Россия: тенденции и перспективы развития. 2017. №12-2.
  6. Приговор № 1-22/2020 1-284/2019 от 18 февраля 2020 г. по делу № 1 -22/2020. – https://sudact.ru/regular/doc/teXn9xZLZKlQ/ (дата обращения: 13.04.2023). – Текст: электронный.
  7. Маслакова Е. А. Определение предмета преступления как уголовно-правовой категории // Средне-русский вестник общественных наук. 2014. №3 (33).
  8. Коржанский, Н. И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны.– М., 1980. – 248 c.
  9. Новоселов, Г.П. Учение об объекте преступления. Методологические аспекты. М.: Норма, 2001.
  10. Бойцов, А. И. Преступления против собственности. С.-Пб.: Юрид. центр Пресс, 2002. – 755 c.
  11. Хабаров, А. В. Преступления против собственности: влияние гражданско-правового регулирова-

ния: специальность 12.00.08 «Уголовное право и криминология; уголовно – исполнительное право» : диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. – Екатеринбург, 1999. – 28 с.

  1. Михайлов, К. В. Уголовно-правовая характеристика злоупотребления доверием как признака пре-ступлений против собственности. — Челябинск, 2002. 147 с.
  2. «КонсультантПлюс» [Электронный ресурс]: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. N 48 г. Москва «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растра-те». – Электронные текстовые данные.
  3. Плохова, В. И. Особенная часть уголовного права: учеб. пособие.– Барнаул. – 2006. – 275 с.
  4. Логинова, Н. Г. Уголовная ответственность за причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения: специальность 12.00.08 «Уголов-ное право и криминология; уголовно – исполнительное право» : диссертация на соискание ученой сте-пени кандидата юридических наук; Сибирский федеральный университет. – Красноярск, 2007. – 187 с.
  5. Журавлев, М. П. Уголовное право России. Части общая и особенная. М.: Проспект, 2014. – 784 с.
  6. Бугаев В.А. Обман и злоупотребление доверием как способ причинения имущественного ущерба // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Юридические науки. 2015. №4.
  7. Краткая характеристика состояния преступности в Российской Федерации за январь – июнь 2021 года // Министерство внутренних дел Российской Федерации : официальный сайт. – 2021..

Skvortsova O.V., Levchenko V.V. Topical issues of determining objective signs of a crime under Ar-ticle 165 of the Criminal Code of the Russian Federation // Scientific notes of V. I. Vernadsky crimean federal university. Juridical science. – 2023. – Т. 9 (75). № 3. – Р. 508–524.

The article is devoted to the issues of determining the objective signs of the corpus delicti provided for in Article 165 of the Criminal Code of the Russian Federation in the context of the study of the problems of the application of this norm as a whole. The study was carried out taking into account a brief historical analysis of the formation and development of the institution of criminal liability for causing property damage by decep-tion or abuse of trust. The paper presents statistical data, analyzes judicial practice, examines the main posi-tions of interpretation of the provisions of criminal legislation in terms of the current version of art. 165 of the Criminal Code of the Russian Federation, and also proposed ways to reform criminal legislation in the field of regulating liability for causing property damage by deception or abuse of trust.

Keywords: the composition of the crime, the object of the crime, the objective side, consequences, real damage, loss of profit, failure to receive due, method, deception, abuse of trust, causing property damage.

Spisok literatury:

  1. Rossijskaya Federaciya. Konstituciya (1993). Konstituciya Rossijskoj Federacii: ofic. tekst. – M.: Prospekt, 2022. – 62 s.
  2. Rossijskaya Federaciya. Zakony. Kodeks Rossijskoj Federacii ob administrativnyh pravonarusheniyah: KoAP : tekst s izmeneniyami i dopolneniyami na 1 fevralya 2022 g. : [prinyat Gosudarstvennoj dumoj 20 dekabrya 2001 g.: odobren Sovetom Federacii 26 dekabrya 2001 gю.]. Novosibirsk : Normatika, 2022. 532 s.
  3. Rossijskaya Federaciya. Zakony. Ugolovnyj kodeks Rossijskoj Federacii : UK : tekst s izmeneniyami i dopolneniyami na 1 avgusta 2017 goda : [prinyat Gosudarstvennoj dumoj 24 maya 1996 goda : odobren Sovetom Federacii 5 iyunya 1996 goda]. – Moskva : Eksmo, 2023. – 288 s.
  4. «Konsul’tantPlyus» [Elektronnyj resurs]: «Ugolovnyj kodeks RSFSR» (utv. VS RSFSR 27.10.1960) (red.

523

Акутальные вопросы определения объективных признаков…

ot 30.07.1996). – Elektronnye tekstovye dannye. – Rezhim dostupa:

http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_2950/ (data obrashcheniya: 13.08.2023).

  1. «Konsul’tantPlyus» [Elektronnyj resurs]: Postanovlenie VCIK ot 22.11.1926 «O vvedenii v dejstvie

Ugolovnogo Kodeksa R.S.F.S.R. redakcii 1926 goda» (vmeste s «Ugolovnym Kodeksom R.S.F.S.R.»)/ – El-

ektronnye tekstovye dannye. – Rezhim dostupa: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ESU&n=3274#yCLlbbTYjSwtYffe1

  1. Sudebnaya statistika RF: ugolovnoe sudoproizvodstvo: dannye o naznachennom nakazanii po stat’yam UK: sajt. – Moskva, 2023.
  2. Botvin, I. V. Ugolovnaya otvetstvennost’ za prichinenie imushchestvennogo ushcherba putem obmana ili zloupotrebleniya doveriem: special’nost’ 12.00.08 «Ugolovnoe pravo i kriminologiya; ugolovno – ispolnitel’noe pravo» : dissertaciya na soiskanie uchenoj stepeni kandidata yuridicheskih nauk / Botvin Il’ya

Viktorovich ; Barnaul’skij yuridicheskij institut MVD Rossii. – Barnaul, 2016. – 210 s.

  1. Polyakov, S. A. Teoriya sostava prestupleniya: uchebnik / S. A. Polyakov, T. R. Sabitov, S. I. Suhorukov – Novosibirsk : Izd-vo NGTU, 2011. – 186 s.
  2. Trajnin, M. N. Uchenie o sostave prestupleniya / Trajnin A. – M.: YUrid. izd-vo MYU SSSR, 1946. – URL

: https://djvu.online/file/LRLjRJ2myhOaO (data obrashcheniya 11.08.2023). – Tekst: elektronnyj.

  1. Poznyshev, S. V. Osnovnye nachala nauki ugolovnogo prava. Obshchaya chast’ ugolovnogo prava. – 2-e izd., ispr. i dop. – M.: A.A. Karcev, 1912. – 668 c.
  2. Piontkovskij, A. A. Uchenie o prestuplenii po sovetskomu ugolovnomu pravu. Kurs sovetskogo ugolov-nogo prava: Obshchaya chast’ / Piontkovskij A.A. — M.: Gosyurizdat, 1961. – 666 c.
  3. Brajnin, YA.M. Ugolovnaya otvetstvennost’ i ee osnovanie v sovetskom ugolovnom prave / Brajnin YA. M. – M.: YUrid. lit, 1963. – 275 s.
  4. Barysheva, E. A. Ob»ekt prichineniya imushchestvennogo ushcherba putem obmana ili zloupotrebleniya doveriem pri otsutstvii priznakov hishcheniya // Vestnik OmGU. Seriya. Pravo. 2010. №2. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obekt-prichineniya-imuschestvennogo-uscherba-putem-obmana-ili-zloupotrebleniya-doveriem-pri-otsutstvii-priznakov-hischeniya (data obrashcheniya: 16.08.2023).
  5. Perch, N. V. O meste stat’i 165 ugolovnogo kodeksa RF v sisteme prestuplenij v sfere ekonomiki // Rossi-

ya: tendencii i perspektivy razvitiya. 2017. №12-2.

  1. Prigovor № 1-22/2020 1-284/2019 ot 18 fevralya 2020 g. po delu № 1 -22/2020. – https://sudact.ru/regular/doc/teXn9xZLZKlQ/ (data obrashcheniya: 13.04.2023). – Tekst: elektronnyj.
  2. Maslakova E. A. Opredelenie predmeta prestupleniya kak ugolovno-pravovoj kategorii // Srednerusskij vestnik obshchestvennyh nauk. 2014. №3 (33).
  3. Korzhanskij, N. I. Ob»ekt i predmet ugolovno-pravovoj ohrany. M., 1980. – 248 c.
  4. Novoselov, G. P. Uchenie ob ob»ekte prestupleniya. Metodologicheskie aspekty. M.: Norma, 2001. 208 c.
  5. Bojcov, A. I. Prestupleniya protiv sobstvennosti / Bojcov A.I. – S.-Pb.: YUrid. centr Press, 2002. – 755 c.
  6. Habarov, A. V. Prestupleniya protiv sobstvennosti: vliyanie grazhdansko-pravovogo regulirovaniya: spe-cial’nost’ 12.00.08 «Ugolovnoe pravo i kriminologiya; ugolovno – ispolnitel’noe pravo» : dissertaciya na soiskanie uchenoj stepeni kandidata yuridicheskih nauk / Habarov Aleksandr Vladimirovich ; Ural’skaya gosudarstvennaya yuridicheskaya akademiya. – Ekaterinburg, 1999. – 28 s.
  7. Mihajlov, K. V. Ugolovno-pravovaya harakteristika zloupotrebleniya doveriem kak priznaka prestuplenij protiv sobstvennosti CHelyabinsk: CHelyabinskij yuridicheskij institut MVD Rossii, 2002. 147 s.
  8. «Konsul’tantPlyus» [Elektronnyj resurs]: Postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda RF ot 30 noyabrya

2017 g. N 48 g. Moskva «O sudebnoj praktike po delam o moshennichestve, prisvoenii i rastrate». – El-ektronnye tekstovye dannye. – Rezhim dostupa: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_283918/

  1. Plohova, V. I. Osobennaya chast’ ugolovnogo prava: ucheb. Posobie. – Barnaul : Izd-vo AltGU. 2006.
  2. Loginova, N. G. Ugolovnaya otvetstvennost’ za prichinenie imushchestvennogo ushcherba putem obmana ili zloupotrebleniya doveriem pri otsutstvii priznakov hishcheniya: special’nost’ 12.00.08 «Ugolovnoe pravo i kriminologiya; ugolovno – ispolnitel’noe pravo» : dissertaciya na soiskanie uchenoj stepeni kandidata yuridicheskih nauk; Sibirskij federal’nyj universitet. – Krasnoyarsk, 2007. – 187 s.
  3. ZHuravlev, M. P. Ugolovnoe pravo Rossii. CHasti obshchaya i osobennaya : uchebnik / M. P. ZHuravlev i dr. ; pod red. A. I. Raroga. – 8-e izd., perarab. i dop. – Moskva : Prospekt, 2014. – 784 s.
  4. Bugaev V.A. Obman i zloupotreblenie doveriem kak sposob prichineniya imushchestvennogo ushcherba // Uchenye zapiski Krymskogo federal’nogo universiteta im. V.I. Vernadskogo. YUridicheskie nauki. 2015. №4.
  5. Kratkaya harakteristika sostoyaniya prestupnosti v Rossijskoj Federacii za yanvar’ – iyun’ 2021 goda // Ministerstvo vnutrennih del Rossijskoj Federacii : oficial’nyj sajt. – 2021.

.